Борцы за политкорректность и толерантность явно перегнули палку. Когда из безусловной классики вымарывают слово «поп», а за некорректное обращение к лицу нетрадиционной сексуальной ориентации можно схлопотать миллионный иск, появление таких антологий неизбежно. Сила действия равна силе противодействия: Сергей Чекмаев дал писателям-фантастам, которым навязчивая толерантность давно стоит поперек горла, возможность стравить пар — и многие поспешили воспользоваться этим шансом.

Фантастика дама ветреная. Сегодня превозносит мощь армии и флота — завтра призывает к миру во всем мире. Сегодня проповедует любовь к ближнему — завтра требует перевешать всех рыжих в рамках борьбы с безродными космополитами. В общем, ничего удивительного: фантастика — это в первую очередь фантасты, а им ничто человеческое не чуждо, у каждого свои предпочтения, свои интересы, свои слабости. К каждому можно подобрать ключик, заинтриговать, подбросить интересную задачу. Судя по количеству известных имен на страницах этой антологии, ее составитель без труда отыскал писателей-фантастов, готовых порассуждать об опасностях, которыми грозит миру глобальная толерантность — то есть, попросту говоря, терпимость к разнообразным девиациям, отклонениям от нормы. Причем большинство рассказов не просто извлечено из пыльных архивов, а написано специально для этого проекта. Себя писатели-фантасты, разумеется, с девиантами никак не ассоциируют — хотя тяга сочинять книжки про космические корабли, бороздящие просторы Большого театра, или про ушастых эльфов на Заокраинном Западе, от общепринятой поведенческой нормы весьма далека.

«Беспощадная толерантность» — второй сборник, подготовленный Сергеем Чекмаевым при поддержке Фонда «Взаимодействие цивилизаций». Как и предыдущая антология, «Антитеррор 2020″, эта книга еще до появления на прилавках вызвала общественный резонанс, переходящий в чистую, незамутненную истерику. Для фантастов, по природе своей склонных эпатировать и подначивать, которых хлебом не корми, дай подергать тигра за усы, это высшая оценка, лучший стимул и дальше продолжать в том же духе. Но, если честно, заслуга здесь скорее составителя, чем авторов. Как и следовало ожидать, в основном участники проекта пошли по пути наименьшего сопротивления, сыграв в банальный «перевертыш»: почти все они описывают общество будущего, где девиация признана нормой, а нынешняя норма объявлена опасным, постыдным, уголовно наказуемым извращением. В лучшем случае выхолощен язык, вне закона объявлены все слова и выражения, которые могут задеть представителей меньшинств: этнических, сексуальных, религиозных… Получилась, простите за неполиткорректную лексику, дешевка и примитив: вместо того, чтобы задуматься, отчего в обществе плывет понятие нормы, каковы механизмы размывания традиции, с чем вообще связан болезненный интерес ко всяческим отклонениям, писатели дружно скандируют навязшие на зубах лозунги. В предисловии к сборнику Сергей Чекмаев и член экспертного совета Фонда «Взаимодействие цивилизаций» Р.А.Силантьев отмечают, что фантасты «нередко оказываются прозорливей маститых футурологов» — сказано, увы, не про этих авторов. К прямолинейным лобовым обобщениям оказались склонны и Кирилл Бенедиктов (рассказ «Чудовище»), и Юрий Бурносов («Москва, двадцать второй»), и Анна Китаева («Окончательный диагноз»), и Татьяна Томах («Дом для Чебурашки»)… Слава богу, среди участников проекта есть и те, кто подошел к задаче всерьез, креативно. Олег Дивов, например, интересуется, с какой стати на поддержку гей-сообщества расходуются средства, совершенно избыточные для активной защиты прав меньшинств и даже для пламенной агитации, кто таится под этой маской и какие цели перед собой ставит (рассказ «Между дьяволом и глубоким синим морем»). Тим Скоренко выворачивает тему наизнанку, описывая схему искоренения однополой любви в «самом человеколюбивом и толерантном обществе, когда-либо существовавшем на земле» — всепланетном Третьем рейхе («Теория невербальной евгеники»). Портрет типичного арийского гомофоба автор рисует ну очень специфическими красками, так что еще неизвестно, на чью мельницу гражданин Скоренко на самом деле льет воду. Дмитрий Володихин («Большая собака») и Леонид Каганов («Далекая гейпарадуга»), в общем, движутся по накатанной колее, но по крайней мере вместо натужного пафоса в их рассказах звучит сарказм. Остальные тексты слишком однообразны, чтобы вызывать сильные эмоции, положительные или отрицательные. Хотя тех, кому не терпится обрушиться с критикой или, наоборот, горячо поддержать начинание, это не остановит.

Перед участниками антологии стояла интереснейшая и сложнейшая задача, настоящий вызов. Рассказать, отчего терпимость опасна, сложнее, чем описать горячий снег или сухую воду. Увы, большинство ответило на этот вызов прямолинейно и предсказуемо. Оно и понятно: нормальному, не озабоченному человеку превратности однополой любви до лампочки, приходится высасывать сюжет из пальца или пользоваться готовым набором клише.

Автор рецензии: Василий Владимирский
Оригинальный текст: fantlab.ru
«Мир фантастики» #07 (107) 2012